Борис Леонидович Пастернак (1890−1960)
(1) Красавица моя, вся стать,
(2) Вся суть твоя мне по́ сердцу,
(3) Вся рвётся музыкою стать,
(4) И вся на рифмы просится.
(5) А в рифмах умирает рок,
(6) И правдой входит в наш мирок
(7) Миров разноголосица.
(8) И рифма не вторенье строк,
(9) А гардеробный номерок,
(10) Талон на место у колонн
(11) В загробный гул корней и лон.
(12) И в рифмах дышит та любовь,
(13) Что тут с трудом выносится,
(14) Перед которой хмурят бровь
(15) И морщат переносицу.
(16) И рифма не вторенье строк,
(17) Но вход и пропуск за порог,
(18) Чтоб сдать, как плащ за бляшкою,
(19) Болезни тягость тяжкую,
(20) Боязнь огласки и греха
(21) За громкой бляшкою стиха.
(22) Красавица моя, вся суть,
(23) Вся стать твоя, красавица,
(24) Спирает грудь и тянет в путь,
(25) И тянет петь и — нравится.
(26) Тебе молился Поликлет.
(27) Твои законы изданы.
(28) Твои законы в далях лет,
(29) Ты мне знакома издавна.
(1931)
Известно, что по начальной форме русских (чаще непроизводных) существительных, не обозначающих лицо, основа которых заканчивается на парный мягкий согласный, нельзя определить род, так как он может быть с равной степенью вероятности как мужским (день, лось, руль), так и женским (тень, рысь, соль). Носители русского языка знают род таких существительных по употреблению (и то затрудняются подчас с редкими в употреблении словами вроде тюль, толь), а иностранцу остаётся только механически запоминать этот признак. В тексте стихотворения употреблено три непроизводных существительных с парным мягким согласным звуком конца основы, контекст употребления которых не позволяет понять их род, если не знать этот признак заранее.
Выпишите эти существительные вместе с ближайшим контекстом, который показывал бы, что род по этому контексту не определяется.
Ответ: хмурят бровь, спирает грудь, тянет в путь.